Когда бизнес ведется через группу компаний: консолидация конкурсной массы в банкротстве
Что такое процессуальная и материальная консолидация, как это работает в практике ВС РФ и куда движется регулирование
Современный бизнес часто ведётся не через одну компанию, а через группу юридических лиц, подконтрольных единому центру. На практике это означает, что активы, долги и сотрудники свободно перемещаются между участниками группы, а имущественная обособленность каждого юридического лица соблюдается лишь формально.
Когда такая группа сталкивается с банкротством, возникает вопрос: можно ли объединить имущество всех участников в единую конкурсную массу? Или каждый участник отвечает только по своим долгам? В статье разберём, как российское право решает эту проблему, какие подходы сложились в судебной практике и чего ждать в будущем.
Когда такая группа сталкивается с банкротством, возникает вопрос: можно ли объединить имущество всех участников в единую конкурсную массу? Или каждый участник отвечает только по своим долгам? В статье разберём, как российское право решает эту проблему, какие подходы сложились в судебной практике и чего ждать в будущем.
Отсутствие законодательной базы как фундаментальная проблема
Основная проблема консолидации конкурсной массы – отсутствие прямого законодательного регулирования. Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ(далее - Закон о банкротстве) не предусматривает института консолидации (ни процессуальной, ни материальной), а подача совместного заявления о банкротстве несколькими должниками законом не допускается.
Попытка ввести процессуальную консолидацию в 2011 году осталась нереализованной, как и более поздние инициативы (например, ст. 213.33 Закона о банкротстве о банкротстве супругов). Хотя Верховный Суд РФ в п. 10 Постановления Пленума от 25 декабря 2018 года № 48 признал возможность объединения дел о банкротстве супругов по правилам ст. 130 АПК РФ.
Отсутствие законодательной базы создает правовую неопределенность для всех участников: кредиторы не могут прогнозировать возможность консолидации, должники и аффилированные лица оценить пределы ответственности, а арбитражные управляющие вынуждены действовать без регламентированных процедур, что затягивает процессы и порождает споры.
Дополнительная сложность – это противоречие с базовыми принципами гражданского права. Принцип раздельной правосубъектности (п. 1 ст. 48 ГК РФ) предполагает, что каждое юридическое лицо отвечает только по своим обязательствам и только своим имуществом. Консолидация же «пробивает корпоративную вуаль» и размывает эту обособленность, что может нарушить права добросовестных участников оборота. Отсюда следует необходимость нормативно закрепить конструкцию коллективной ответственности участников группы перед внешними кредиторами.
Дополнительная сложность – это противоречие с базовыми принципами гражданского права. Принцип раздельной правосубъектности (п. 1 ст. 48 ГК РФ) предполагает, что каждое юридическое лицо отвечает только по своим обязательствам и только своим имуществом. Консолидация же «пробивает корпоративную вуаль» и размывает эту обособленность, что может нарушить права добросовестных участников оборота. Отсюда следует необходимость нормативно закрепить конструкцию коллективной ответственности участников группы перед внешними кредиторами.
Процессуальная и материальная консолидация
Процессуальная консолидация предполагает объединение дел о банкротстве нескольких лиц в одно производство либо их процессуальную координацию при сохранении имущественной обособленности каждого должника. Её цель – единый процессуальный контур, отсутствие противоречивых судебных актов и синхронизация процедур.
На практике возникает несколько проблем. Кредитор, подающий заявление о банкротстве группы, может не располагать информацией обо всех участниках, т.к. эти данные закрыты внутри группы. Кроме того, ему нужно иметь требования к каждому участнику, а суду идентифицировать состав группы и установить дату объективного банкротства. Это необходимо, чтобы определить центр управления и лиц, контролировавших должников в течение трёх лет до наступления банкротства.
Пока процессуальная консолидация не закреплена законодательно, суды применяют по аналогии ст. 130 АПК РФ, например, объединяют дела о банкротстве супругов. Но даже этот вариант порождает вопросы: как координировать действия разных управляющих, как вести раздельные реестры при общих и личных обязательствах, как распределять выручку от реализации общего имущества. Эти проблемы подтверждают необходимость законодательного регулирования.
На практике возникает несколько проблем. Кредитор, подающий заявление о банкротстве группы, может не располагать информацией обо всех участниках, т.к. эти данные закрыты внутри группы. Кроме того, ему нужно иметь требования к каждому участнику, а суду идентифицировать состав группы и установить дату объективного банкротства. Это необходимо, чтобы определить центр управления и лиц, контролировавших должников в течение трёх лет до наступления банкротства.
Пока процессуальная консолидация не закреплена законодательно, суды применяют по аналогии ст. 130 АПК РФ, например, объединяют дела о банкротстве супругов. Но даже этот вариант порождает вопросы: как координировать действия разных управляющих, как вести раздельные реестры при общих и личных обязательствах, как распределять выручку от реализации общего имущества. Эти проблемы подтверждают необходимость законодательного регулирования.
Материальная консолидация – более радикальный механизм: полное объединение активов и пассивов нескольких должников в единую конкурсную массу для пропорционального удовлетворения требований всех кредиторов. Законодательно этот институт также не закреплён, но дискуссия о нём активно идёт, а отдельные элементы начинают прослеживаться в практике Верховного Суда РФ.
Проблемы здесь глубже. Материальная консолидация фактически отрицает принцип ограниченной ответственности: кредиторы, вступавшие в отношения с одним юридическим лицом, получают удовлетворение за счёт имущества других лиц, с которыми они не взаимодействовали.
Кроме того, могут пострадать кредиторы финансово успешных участников группы, их требования будут удовлетворяться пропорционально с кредиторами банкрота, что снизит процент удовлетворения.
Проблемы здесь глубже. Материальная консолидация фактически отрицает принцип ограниченной ответственности: кредиторы, вступавшие в отношения с одним юридическим лицом, получают удовлетворение за счёт имущества других лиц, с которыми они не взаимодействовали.
Кроме того, могут пострадать кредиторы финансово успешных участников группы, их требования будут удовлетворяться пропорционально с кредиторами банкрота, что снизит процент удовлетворения.
Отдельный вопрос – критерии и пределы консолидации. Главным критерием обычно называют значительную интеграцию активов и операций внутри группы, такую степень «переплетения», при которой раздельное ведение дел приведет к существенным потерям для конкурсной массы и внешних кредиторов. При материальной консолидации также возникает вопрос о статусе внутригрупповых обязательств: должны ли требования аффилированных кредиторов субординироваться или участвовать в распределении наравне с внешними, как учитывать перекрёстные поручительства и залоги.
Эволюция судебной практики: от отрицания к осторожному признанию
Знаковое дело для развития материальной консолидации в России стало рассмотрение Верховным Судом РФ дела о банкротстве компании «СкладЛогистик» (А40‐101073/2019).
Должник оказывал логистические услуги торговому дому «Перекресток». Контролирующее лицо перевело работников должника в другую подконтрольную организацию – «ЭкспрессЛогистик» и организовало заключение договора, по которому должник привлек «ЭкспрессЛогистик» для оказания тех же услуг. Условия договора повторяли договор должника с «Перекрестком», а выручка транзитом перечислялись в «ЭкспрессЛогистик» в качестве текущих платежей, минуя конкурсную массу должника.
Должник оказывал логистические услуги торговому дому «Перекресток». Контролирующее лицо перевело работников должника в другую подконтрольную организацию – «ЭкспрессЛогистик» и организовало заключение договора, по которому должник привлек «ЭкспрессЛогистик» для оказания тех же услуг. Условия договора повторяли договор должника с «Перекрестком», а выручка транзитом перечислялись в «ЭкспрессЛогистик» в качестве текущих платежей, минуя конкурсную массу должника.
Верховный Суд указал, что в подобной ситуации нельзя воспринимать членов корпоративной группы как самостоятельных участников оборота – к ним нужно относиться так, как если бы их активы и пассивы были консолидированы. Доктрина материальной консолидации позволяет объединить имущество должника с компаниями группы, когда группа злоупотребляет правами.
Позже подход был обобщен в п. 31 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26 апреля 2023 г.). Согласно позиции ВС РФ, создание организаций, дублирующих функции несостоятельного лица, и запутанность внутригрупповых отношений, выражающаяся в свободном перемещении активов между аффилированными участниками корпоративной группы, свидетельствует о нарушении принципа обособленности имущества юридического лица. В таких случаях суд может объединить конкурсные массы для удовлетворения требований кредиторов.
В налоговой сфере наблюдается сближение подходов: при выявлении «дробления бизнеса» налоговый орган осуществляет налоговую реконструкцию, которую можно рассматривать как частный случай материальной консолидации активов и пассивов участников группы лиц для публично-правовых целей.
Позже подход был обобщен в п. 31 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26 апреля 2023 г.). Согласно позиции ВС РФ, создание организаций, дублирующих функции несостоятельного лица, и запутанность внутригрупповых отношений, выражающаяся в свободном перемещении активов между аффилированными участниками корпоративной группы, свидетельствует о нарушении принципа обособленности имущества юридического лица. В таких случаях суд может объединить конкурсные массы для удовлетворения требований кредиторов.
В налоговой сфере наблюдается сближение подходов: при выявлении «дробления бизнеса» налоговый орган осуществляет налоговую реконструкцию, которую можно рассматривать как частный случай материальной консолидации активов и пассивов участников группы лиц для публично-правовых целей.
О степени интеграции могут свидетельствовать:
При оценке интеграции важно понимать реальную структуру группы: используются ли дочерние фирмы только для технических задач или они самостоятельны. Если границы группы определить невозможно или связь между компаниями вызывает сомнения, консолидация недопустима.
- Общие ресурсы и клиентская база (одни и те же работники, оборудование, производственные мощности, передача активов по нерыночным ценам);
- Централизованное управление финансами (единое казначейство, аккумулирование поступлений на счетах одного участника);
- Перекрестное обеспечение (каждое юридическое лицо группы предоставляет обеспечение по обязательствам других);
- Единая политика и управление (общие органы управления, единая учетная политика, бренда);
- Смешение активов (невозможность определить, кому принадлежит имущество, работники, результаты интеллектуальной деятельности).
При оценке интеграции важно понимать реальную структуру группы: используются ли дочерние фирмы только для технических задач или они самостоятельны. Если границы группы определить невозможно или связь между компаниями вызывает сомнения, консолидация недопустима.
Альтернативные механизмы защиты прав кредиторов
Ещё до появления материальной консолидации практика выработала другие инструменты защиты кредиторов при внутригрупповом перераспределении активов.
- Оспаривание сделок должника по специальным основаниям гл. III Закона о банкротстве.
- Привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.
- Понижение очередности требований аффилированных кредиторов.
Особого внимания заслуживает институт оспаривания взаимосвязанных сделок, позволяющий объединять экономический эффект от нескольких действий для целей квалификации их как единого деликта.
Правовая основа квалификации заключается в установлении составов недействительности, предусмотренных ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, ст. 10 и 168 ГК РФ. Конкурсная реконструкция помогает не только выявить реальную цель действий участников группы, но и снизить специально созданные препятствия для оспаривания сделок кредиторами.
Какие пути решения мы видим
Анализ проблем позволяет наметить три направления совершенствования регулирования.
1. Законодательное закрепление процессуальной консолидации
Это повысит предсказуемость и качество правоприменения, усилит защиту внешних кредиторов и сделает процедуру банкротства соразмерной реальным хозяйственным связям.
Законодательное регулирование должно определить:
1. Законодательное закрепление процессуальной консолидации
Это повысит предсказуемость и качество правоприменения, усилит защиту внешних кредиторов и сделает процедуру банкротства соразмерной реальным хозяйственным связям.
Законодательное регулирование должно определить:
- формальные и материальные признаки группы (аффилированность, корпоративный контроль, фактическое смешение активов);
- подсудность консолидированного дела — оптимально по месту нахождения основного должника (центра экономических интересов группы);
- порядок выбора управляющего с учётом мнения кредиторов всех должников и основания для его замены при конфликте интересов;
- критерии отнесения обязательств к общим и личным, а также порядок распределения средств от реализации общего и личного имущества;
- соотношение различных процедур банкротства (реструктуризация, реализация имущества) в отношении разных должников группы.
2. Осторожное внедрение материальной консолидации
Она должна применяться лишь в исключительных случаях, когда доказано злоупотребление правом, приведшее к полному смешению активов и невозможности защитить кредиторов иными средствами.
При законодательном закреплении нужно регламентировать последствия:
Она должна применяться лишь в исключительных случаях, когда доказано злоупотребление правом, приведшее к полному смешению активов и невозможности защитить кредиторов иными средствами.
При законодательном закреплении нужно регламентировать последствия:
- конвертация внутригрупповых обязательств – требования по солидарной ответственности и поручительствам в пользу одного внешнего кредитора объединяются в единый долг без дублирования;
- сохранение статуса залоговых кредиторов – залог сохраняется, но сумма обеспеченного требования не может превышать действительный размер долга;
- субординация требований аффилированных лиц, они удовлетворяются после внешних кредиторов, кроме случаев реального встречного предоставления;
- защита добросовестных кредиторов (право голосовать против консолидации или требовать выделения части конкурсной массы).
3. Использование зарубежного опыта
В США институт substantive consolidation применяется десятилетиями, в Европе процедурная координация. Ориентиром может служить Руководство ЮНСИТРАЛ, которое предусматривает обе формы банкротства предпринимательской группы.
Американская практика выработала два теста:
Для России на первом этапе наиболее приемлем путь процедурной координации – более мягкой формы взаимодействия управляющих при сохранении обособленности должников.
В США институт substantive consolidation применяется десятилетиями, в Европе процедурная координация. Ориентиром может служить Руководство ЮНСИТРАЛ, которое предусматривает обе формы банкротства предпринимательской группы.
Американская практика выработала два теста:
- существенная идентичность хозяйственных операций и невозможность разделения активов без чрезмерных затрат;
- баланс интересов: превышение выгод от консолидации над потенциальным вредом для отдельных кредиторов.
Для России на первом этапе наиболее приемлем путь процедурной координации – более мягкой формы взаимодействия управляющих при сохранении обособленности должников.
Заключение
Судебная практика последовательно движется к осторожному признанию консолидации: Верховный Суд защищает кредиторов при внутригрупповом перераспределении активов: от оспаривания взаимосвязанных сделок до элементов материальной консолидации.
Дальнейшее развитие института видится в законодательном закреплении процессуальной консолидации. Материальная консолидация должна оставаться исключительной мерой: только при доказанности злоупотреблений, полном смешении активов и невозможности защитить кредиторов иными средствами.
Дальнейшее развитие института видится в законодательном закреплении процессуальной консолидации. Материальная консолидация должна оставаться исключительной мерой: только при доказанности злоупотреблений, полном смешении активов и невозможности защитить кредиторов иными средствами.
Четкие законодательные критерии и процедуры позволят обеспечить баланс интересов всех участников банкротных отношений и сделать процедуру соразмерной реальным хозяйственным связям.
Консолидация не должна стать универсальным инструментом – только доказательства злоупотреблений или невозможность раздельного рассмотрения дел без ущерба для кредиторов могут служить основанием для её применения.
Если вы столкнулись с банкротством группы компаний (с внутригрупповым перераспределением активов, вопросами консолидации конкурсной массы или защитой интересов кредиторов) – мы поможем разобраться в ситуации, оценить перспективы и выстроить правовую позицию.
Обращайтесь в ЦПО групп и мы разберем ваш случай и предложим грамотное решение.
Обращайтесь в ЦПО групп и мы разберем ваш случай и предложим грамотное решение.
Читайте в разделе Банкротство
Получить консультацию
Спасибо! Ваше сообщение получено
